The basic tours

  1. Siberia
  2. Far East, Primorye
  3. Center
  4. South and Povolgie
  5. Northwest
  6. Altai, Khakassia, Tuva
  7. Urals
  8. Polar expeditions
  9. Central Asia
  10. Crimea

Компас

rus@arcticexpedition.ru
tel.: +7(495) 544-34-94
+7(903) 251-98-59

                              КОМАНДОРСКИЕ ОСТРОВА

                              КАК ТУДА ПОПАСТЬ

      Чтобы самому посетить Командорские острова (два западных острова Алеутской гряды, отделяющей Берингово море от Тихого океана), необходимо добраться до Камчатки (до города Петропавловск-Камчатский), а оттуда вылететь или уплыть.

       Остров Беринга населен, - в единственном селе Никольское живут около 750 человек, есть пристань и аэродром. Остров Медный необитаем, хотя летом в специальных домиках живут сотрудники заповедника.

                                                                                         

       Самый простой путь - написать по Интернету директору заповедника в Петропавловск- Камчатский о своем горячем желании поработать от пары недель до месяца волонтером в заповеднике. Вам будет обеспечена визовая поддержка (в оформлении пропуска в погранзону) и забронированы  авиабилеты (стоимость на 2008 год в один конец шесть тысяч сто рублей), самолет летает по средам и пятницам. Если удача с Вами дружит, может повезти с попутным судном, доставляющим на острова продукты и товары. Судно приходит на остров Беринга раз в месяц.

       Другой путь - прибыть в Петропавловск-Камчатский с командировкой, например "для сбора народного фольклора", на улице Карла Маркса, дом один зайти в погранслужбу, сдать документы, получить через неделю пропуск (правда, в 2007 году вышло распоряжение, что пропуск в погранзону для острова Беринга не требуется, - но оно может быть отменено). Приехать в аэропорт Елизово,  купить билет на самолет и улететь (по погоде рейс может быть отложен, и вылететь с опозданием в неделю). Купить билеты заранее нельзя, билеты продаются в порядке живой очереди после начала регистрации. Помните: все зависит от Вашей личной удачи, - и ни от чего больше! Пассажиров 14 человек. Бесплатный провоз багажа десять килограмм. Все, что сверх нормы, оплачивается в сумме 50 рублей за килограмм. Данные на июль 2008 года. Самолет летит два часа напрямую и четыре, если заправляется в Усть-Камчатске.

 

                                                  ИСТОРИЯ ОТКРЫТИЯ ОСТРОВОВ

       Четвертого июня тысяча семьсот сорок первого года  из камчатской гавани  "Святых апостолов Петра и Павла" (ныне Петропавовск-Камчатский ) к Америке вышли пакетботы "Св. Петр" под командой начальника второй камчатской экспедиции капитан-командора Витуса Йохансена Беринга и "Св. Павел" под командой капитана флота Алексея Ильича Чирикова. Первым 15 июля достиг Америки Чириков. На обратном пути Чириков открыл ряд островов Алеутской гряды и 9 октября вернулся в Россию, на Камчатку.

      Беринг достиг  Америки чуть позже, подошел к острову,  дал ему имя Св. Ильи (ныне остров Каяк), разрешил сойти на берег натуралисту экспедиции Георгу Стеллеру, а Софрон Хитрово сумел сходить на шлюпках за водой. Простояв сутки, Беринг повернул назад. Возвращению препятствовали шторма и цинга, начавшаяся у матросов. Первым умер матрос Шумагин, и был похоронен на острове (до сих пор эта группа островов именуется Шумагинскими).

       Четвертого ноября увидели землю, к этому времени двенадцать человек скончалось, еще тридцать четыре болели. Беринг принял решение высадиться на неизвестную землю. Встали на якорь, но штормовая волна порвала якорный канат,  и "Св. Петр" понесло к окаймлявшим небольшую бухточку рифам. Чудом проскочив мимо входного рифа, пакетбот оказался на тихой воде. Встали на два оставшихся якоря, начали свозить больных на берег. К бухте примыкала долина, окруженная невысокими горами, уже покрытыми снегом. По долине пробегала небольшая речка с хорошей пресной водой. На ее берегу и начали строить жилища. Больного цингой Беринга перенесли в отдельную землянку. Кругом суетились песцы, на прибрежных скалах  были большие скопления котиков и каланов. В шторм пакетбот "Св. Петр" сорвался с якорей, и был выброшен на берег. Больные матросы продолжали умирать; восьмого декабря скончался Беринг. В отличие от других, его похоронили, привязав к доске. К весне обследовали побережье и выяснили, что находятся на безлесном, необитаемом острове, и решили из остатков пакетбота строить небольшое судно, чтобы на нем добраться до Камчатки. Питались мясом выброшенного кита, били котиков, каланов. Весной ели корни трав, питались морскими коровами Стеллера.

       Четырнадцатого августа тысяча семьсот сорок второго года на построенном одномачтовом гукоре "Св. Петр" оставшиеся в живых сорок шесть человек покинули остров, - дав ему имя Беринга. Надо сказать, что выжили те, кто послушался биолога (натуралиста) Стеллера и ел кроме мяса водоросли. Офицеры Стеллера не любили и не считали нужным слушать его советы, - таким образом он единственный из офицеров остался жив. Очень поучительная история.

          

Памятник на могиле Витуса Беринга На могиле командора поставили деревянный крест. В бухте Командор остались навечно четырнадцать членов экипажа пакетбота "Св. Петр", не выдержавших болезней и тягот плавания, а также магазин с корабельным имуществом и пушки. Куда подевались еще шестнадцать человек из семидесяти семи вышедших в море, история умалчивает. Ныне над могилой Беринга стоит металлический крест высотой три с половиной метра. Мы выпили там водки, помянув командора… Кстати, корова Стеллера была полностью уничтожена этой и последующей экспедициями, и известна нам по его описанию и костям, найденным на месте временной кухни.

                                                                АЛЕУТЫ

       Открыв Командорские острова и дойдя до берегов Америки, русские стаи интенсивно осваивать новые земли. В начале девятнадцатого века русские  переселили часть алеутов с островов Атка и Атту (Алеутские острова) на ранее необитаемые Командорские острова. Аборигенное население интенсивно смешивалось с русским и другими народами в течении десятков лет. На Командорах сформировалась своеобразная креольская этническая группа. По своим языковым и культурным традициям это несомненно алеуты.

 

                                                         ФЛОРА, ФАУНА И ВООБЩЕ

 

        Ледовый покров никогда не образуется вокруг Командорских островов благодаря теплым морских течениям. Недалеко от островов были обнаружены гигантские активные подводные вулканы. Всё это вместе сформировало благоприятную физическую среду для бурного развития планктона.  А он, в свою очередь, образует идеальную среду для развития других организмов. В прибрежной части остров находится самое богатое видовое разнообразие морских водорослей в мире. Их биомасса огромна.
        Прибрежные акватории островов служат местом размножения многих видов беспозвоночных и рыб.

        По Командорским островам пролегает граница между Америкой и Азией, - поэтому виды растений птиц и животных - смешанные, - что является в общем-то уникальным природным феноменом.
        Острова находятся на путях миграции и обитания двадцати одного вида китов, морских котиков, морских львов, каланов, настоящих тюленей и ста восьмидесяти девяти видов птиц.

        Остров Беринга покрыт невысокими (до пятисот сорока метров в высоту) горами. Лесов нет, в тундрах встречаются стелющиеся березы и ольховые кусты. Много цветов, среди которых особенно выделяются камчатский карликовый рододендрон, камчатские лилии и черные рябчики. Осенью среди всего этого разнотравья гордо торчат гигантские подосиновики и белые. На острове Беринга у них особый усиленный грибной вкус, к тому же они не червивеют и не портятся, сохнут замечательно, после чего их можно хранить веками. Местные жители Никольского любят собирать их на взлетной полосе, - там трава пониже. В Никольском необходимо отметить командировку и пропуск у пограничников, после чего можно (нужно) сходить в музей (100 рублей билет), - где вы увидите  замечательный женский коллектив, молодой и красивый, чутко относящийся ко всем раз в тридцать три года забредающим путешественникам, интересные экспонаты из раскопок лагеря Беринга  (включая скелет Стеллеровой коровы в натуральную величину), а также маленький кукло-чучелок Беринга. На юго-западном побережье острова большая колония морских зверей: котиков, сивучей и прочих ластоногих. Их стерегут и пересчитывают живущие недалеко от лежбища сотрудники заповедника. На лугах по-над морем гуляют многочисленные песцы, наглые и любопытные. Если вы положите на землю  какие-нибудь припасы и отвернетесь на полминуты, песцы мгновенно все стащат. Рюкзак с едой они утянут втроем-вчетвером быстро и бесшумно. Давным-давно, еще при Советах, там была возведена наблюдательная галерея, позволяющая проникнуть прямо в сердце лежбища, не пугая меньших братьев. Деревянное сооружение километровой длины с бойницами для фото и видеокамер позволяет приближаться к животным вплотную, оставаясь инкогнито. Со стороны моря сооружение завершается обзорной башней, с которой открывается прекрасный вид окрест. Там хорошо сесть и выпить-таки бутылку водки, практически без закуски, - и осознать, наконец-то, что ты - на самом краю Старого Света, и в паре десятков километров отсюда проходит граница с Соединенными Штатами Америки.

       На  северо- западном побережье находится могила Беринга и его команды, не переживших зимовку и умерших от цинги.

       На  острове Беринга есть еще одна симпатичная бухта на северном побережье - с черным вулканическим песком на пляже, черными скалами, черными тучами и черными облезшими песцами, там и сям сверкающими желтым глазом. Они вообще не боялись людей (думаю, это их поколение видело их впервые в жизни). Древняя, из черных бревен, полупокосившаяся избушка скорее подтверждает это предположение, нежели опровергает его. И, конечно, черные буревесники крылом касаются черных вод студеного Берингово моря. Идеальное место для сатанинских шабашей.  Холодно там, кстати, не по-детски, тоже как-то по-черному.  Просто край света какой-то. В общем: "в черном-черном царстве…" - и так далее.

       В четырех часах хода на катере на восток лежит остров Медный. Там в медных рудниках специально обученные алеуты добывали медь. Потом она закончилась. На острове никто постоянно не живет, лишь временно командированные биологи на восточном мысе. Под крутыми травянистыми склонами находится огромное лежбище котиков. Постоянное монотонное жужжание тысяч особей, ворчание и отдельные резкие выкрики  сливаются в единый шумовой узор. Отдельным контрапунктом проходят резкие крики чаек и бакланов. Поднявшись вверх по 320 ступенькам лестницы к биостанции, можно приятно провести время в компании биологов, в основном женского пола и студенческого возраста. Водку не забудьте! Потом по тропинке за 40 минут можно пройти к обрывам с южной стороны острова и взглянуть с пятисотметровой стены на Тихий океан, все равно мало что увидишь, - там обычно лежит плотное облако, но далеко, далеко, далеко внизу слышен рокот океанского прибоя..

      С северо-восточной стороны острова Скалистый берег образует красивые фиорды с птичьими базарами, причудливыми скалами, каланами, нерпами, морскими котиками и вездесущими песцами. Изумительно прозрачная вода и десятиметровые листья водоросли аллярии создают под водой  особый мир, богато населенный медузами, рыбой и прочей водной тварью. Медузы не какие-нибудь там серенькие, нет, - с красными ободками вокруг круглого тела и синими хвостиками, они специально подплывают полюбопытствовать и глянуть одним (единственным)  глазом, который Создатель натянул им аккурат на задницу.

 

                                                               УЙТИ НА СУДНЕ

 

       При морском переходе 12 часов до берегов Камчатки страшно качает, не забудьте антикачательные  таблетки. Полезно также на ночь пристегнуться, особенно если Вы на верхней койке, примотаться или притянуть себя скотчем. При сильном крене возможно падение и травмы о пол и нижние койки, включая лежащих на них товарищей. На судне, доставившем меня на острова и обратно, крен достигал 14 градусов.

       Есть смысл совместить пребывание на островах  с двухнедельным знакомством с Камчаткой.

 

 

                                                       ЯЗЫК ДО КИЕВА ДОВЕДЕТ

 

         А теперь я Вам расскажу, как я туда попал. Все просто: позвонил мне приятель, можно сказать друг Сергей Харкун и сказал, как водится, в своей былинной манере: «Ты крут, баклан.  А поехали с нами будущим летом куда-нибудь. Типа на Командоры. Ты все организуй, а мы тебе поездку оплатим. Ну, возьмешь с собой там долларов пятьсот, если пропьем все на месте».

        Я кинул клич, и другой мой читатель, - Тимур, дал мне е-мейл некоего гражданина по фамилии Печень, с которым я всю зиму долго и безутешно переписывался. Товарищ Печень  рекламировал мне свою организаторскую деятельность по проведению гонок на собачьих упряжках, восхождения на вулканы и даже пообещал познакомить с  владельцем яхты, которая якобы может доплыть до Командор. Потом я уехал в Африку, - переписка на месяц прекратилась. Печень обиделся смертельно, а когда я написал, что был в Африке на восхождении, он вообще обозвал меня асфальтовым туристом и сообщил, что в этом году он мне уже ни чем помочь не может. Яхта, мол, не спущена на воду, а корабль, который туда тоже плавает, стоит 2500 долларов день, -  и нам явно не по карману.

         Но Сергей решил, что "вполне-вполне" , то есть не так уж и дорого,  мы нашли в Интернете с помощью Тимура адрес капитана, списались, арендовали судно на 8 дней, купили билеты, проплатили по безналу полмиллиона рублей и вылетели на Камчатку.

 

       По дороге туда я удивился тому, что половина компании летит другим рейсом. Причину я понял быстро: Сергей в самолете начал писать поэму, самым приличным словом в которой была сокращенно-ласкательная форма глагола, производного от всем известного трехбуквенного сочетания. При этом он громко читал вслух написанные куски. Граждане в ужасе кутали в пледы головы всех особей женского пола и детей до 14 лет. Мы были не то чтобы сильно пьяными, но после двух 0,75 виски на троих. В общем было весело, но жутко. Не путать с жутко весело. После очередной стихотворной парадигмы об убийстве котенка путем размазывания его по стене с помощью носка ботинка, Сергей  как- то вдруг весь заснул. Путешествие с панками- миллионерами, - одно из самых экстремальных в моей жизни, началось.

       В Петропавловске-Камчатском нас встречали: во-первых, друг по переписке бард Саша  Ястребов, на ранчо которого мы намеревались провести три сухопутных дня, во-вторых, делегация пароходства, предоставившего судно. Я поехал сразу отсыпаться к барду, - а ребята, встретив в аэропорту вторую часть команды, отправились, как и положено в таких случаях, ставить на уши город. В этом занятии они очень преуспели, настолько, что девушка из пароходства долго интересовалась наличием медицинского полиса (в случае, если капитан повредит нас, - перевоспитывая или спасая собственную жизнь). После прибытия в порт на судно «UBAL ТАЙФУН» мы  были представлены команде. Капитан, в воспитательных целях, пересказал подробно содержание самых крупных побоищ своей жизни, как подростки пересказывают содержание голливудских боевиков, - то есть частично языком жестов. Мы сразу же усвоили, что именно капитан перебил всю сборную России  по карате за то, что они купались без трусов в его любимом горячем источнике. Мы сразу же намотали на ус, что наш капитан высадил на необитаемом острове одного буйного туриста-алкоголика из Италии, вернувшись за его обезволенным организмом только через неделю. И много всякого другого рассказал нам капитан в первый же вечер в кубрике за ужином, свирепо вращая глазами.

          На следующий день к вечеру он уже был абсолютно ручной и брал с руки налитые рюмки прямо одну за другой, одну за другой. Он, весь под властью обаяния главного панка, усердно разрабатывал наилучший план плавания и уже мечтал о том, как нам все будет показывать. Добрейшей души оказался капитан, впрочем, как и вся команда.

         На закате мы пересеклись с касатками. Капитан делал маневры, судно крутилось, крутилось да и выкрутилось так, что касатки попали в прицел фото-видеокамер прямо на фоне заходящего солнца. Даст иш фантастик!

        Утром мы высадились на глухом берегу рядом с водопадом. Рыбалка, фотоохота на медвежьи следы. Вечером - высадка  в месте нахождения горячих источников. Рыбалка, купание, фотосъемки. Корабль двигался вдоль побережья Камчатки на север, свернув ночью на запад - пойти кратчайшим путем к Командорам через Тихий океан. Началась сильная качка. Я пошел в каюту пить таблетку.  Мужики резались в карты и пили водку.

      В темноте я засосал не тот тип таблетки, - вообще не понял чего глотнул, у меня мгновенно онемело  горло и все, что с ним связано, и потянуло на палубу. Следующие 15 минут...

     Потом отпустило, я добрел до кают-компании (крен 10 градусов). Мужики играли в карты и пили водку. Через десять минут меня полностью отпустило, и больше никогда за все время путешествия тошноты я не испытывал. Радикальное лекарство. Знать бы еще, что выпил.

     Утром мы легли в дрейф в бухте села Никольское. Сели на надувную моторку, доплыли до берега, отметились у погранцов и пошли в музей. Самое сильное впечатление произвела на всех кукла Витуса Беринга, дитя реставрации его черепа, как две капли воды лицом похожая на Сашу, участника экспедиции, - лучшего московского "видеоконтраФАКтиста" всех времен и народов. Под впечатлением увиденного в музее  мы потянулись в гости к хранительнице экспонатов. Через час я ходил по пустынному берегу и переворачивал чьи-то обкатанные кости носком ботинка. Сзади неслышно подкрался местный алеут. «Что ищешь, однако?»-спросил он. «Да, гляжу, может кита какого на берег выбросило». «Однако пойдем, - он у меня в сарае». Короче, мне пришлось переть подаренный 20 килограммовый китовый позвонок на судно (больше я поднять ничего не смог - ни череп, ни ребро) Панки радостно встретили мое приобретение, оно перешло в общественную собственность, место быть ему было определено привязанным к мачте, а впоследствии  - к письменному столу руководителя «Строй- Сити».

       Вечером нас ждала высадка на лежбище котиков, из бойниц специальной  деревянной галереи мы осуществляли видео-съемки. На башне Серега стал опять писать и декламировать свою   поэму, но на стадо это не произвело сильного впечатления. По крайней мере, они остались на месте.  Котики были что надо. В меру упитанные.   

        Ночью, пока мы мирно посапывали, похрапывали и прочее в своих каютах, наш  «UBAL ТАЙФУН» обогнул остров Беринга с запада и кинул якорь в бухте Беринга.

        Весь день мы поклонялись с помощью нескольких бутылок водки и ящика помидоров могиле Командора, потом  за час набили веслом по башке пару сотен особей горбуши, зацедили из нее ведро литров на сорок икры и переместились сначала на судно, а там и в следующую бухту. Там мы (извращение какое) принялись на красную икру удить гольца, сантиметров по пятнадцать в длину и жарить его на прутиках. Я так понимаю, что это - чисто командорский метод рыбалки. Я ходил по пляжу из черного вулканического песка, смотрел на черные тучи, черные скалы м черных птиц, что крылом касались черной воды, и искал кадры в этой сплошной темноте. Песец, как говорится, подкрался незаметно. А пока я ловил его наглую песью морду  в видоискатель, он начал потихоньку утягивать фотосумку. Впрочем, мы подружились. Он ходил за мной по пляжу, как приклеенный, и все время нюхал мои следы. Почему-то  мне это было очень приятно.

        Потом мы высадились в какой-то бухте, где вся галька наполовину состояла из агатов и халцедонов. По-моему, это место называлось бухтой мыса Буян. Мы как дети собирали красивые камешки, часа два точно. Ночью «UBAL ТАЙФУН» перебрался на северное побережье острова Медный, - где мы на моторках проплыли по фиордам , фотографируя птичьи базары, бесконечных песцов и всяких сивучей и нерп. Это очень, очень красивое место. Даже еще красивее. К вечеру мы высадились на северо-восточной оконечности, как выразился капитан, «в гости к научникам». В огромных волнах мы, промокшие по пояс, вытащили лодки на берег среди огромного лежбища котиков. До научников надо было подняться по лестнице из (как мне показалось) миллиона ступеней.

        Там мы обнаружили премиленький девичий коллектив, слегка разбавленный парой небритых мужчин.  Выпили водки, подарили ящик огурцов. Пообщались культурно. Серега сорвал аплодисменты, зачитав свою, уже законченную, поэму.

       Ночью легли на обратный курс. Мотало так немилосердно, что Сергей, практиковавший ежедневное купание в холодных водах, порой в стае морских кошек, не смог этого сделать, - при попытке остановиться судно ложилось на бок. Ну не судьба. Доплыли до берега Камчатки - волнение улеглось, всю ночь шли берегом. Утром подводник, один из членов команды судна, нырнул за крабами, трепангами и прочими деликатесами, которые мы и употребили в период времени до захода в порт. Понятно, что красная икра к этому времени уже приелась.

       На обратном пути в самолете мы опять-таки дружно  выпили, но билеты на борт самолета я, имеющий опыт перемещения с панками, попросил всем в хвост. Впрочем, Серега все равно укусил какую-то итальянку за попу, которую она в его направлении легкомысленно выставила, но это уже было обыденно. Подумаешь, укусил ! Не надо так наклоняться перед сексуально изголодавшимся мужчиной. А стюардессы тоже хороши! С одной стороны - личико воротят, с другой - подносят бутылку за бутылкой, виски и джин, - только деньги покажи.